Один человек, который прошёл тюрьмы и лагеря в советское время за веру, сказал, что если бы ему позволили взять в тюрьму только одну книгу из Библии, то он взял бы книгу Иова. Я, пожалуй, с ним соглашусь. Эта книга сильно влияет на сознание верующего. В течение первых двух глав главный герой книги, Иов, трижды называется человеком праведным, непорочным. И казалось бы, какие могут быть неприятности у этого человека? Но мы видим, что Иов получает удар за ударом. Я бы такого не пережил. А Иов хоть и пережил, но превратился в нищего, больного, прокажённого человека, у которого все дети погибли, всё имущество исчезло, жена от него отвернулась, слуги стали презирать его.

‍

И вот, что мне было непонятно: как добрый Бог, о котором мне говорили люди на заре моей верующей жизни, может так поступить с человеком, которого сам же назвал праведником? Это для меня было тяжелой информацией, я её всячески избегал, но она меня преследовала, пока я не понял, что в книге Иова нельзя ставить вопрос «За что?» Книга Иова отвечает на вопрос «Для чего? Для чего праведнику страдания?» Давайте попробуем разобраться.

‍

Фундаментальные вопросы Иова

‍

Иов, открыв свои уста, начинает как бы сам себе задавать очень серьёзные вопросы. Но мы понимаем, что вопросы Иова адресованы самому Богу.

‍

«На что дан страдальцу свет и жизнь огорченным душою, которые ждут смерти, и нет её, которые вырыли бы её охотнее, нежели клад, обрадовались бы до восторга, восхитились бы, что нашли гроб?» (Иов 3:20-21)

‍

Иов говорит, что смерть для него сейчас дороже клада, и он не понимает, зачем он родился, в чём смысл его жизни. Это один из важнейших вопросов для всех людей. Будет хорошо, если каждый человек задаст себе вопрос: Для чего я живу? И дальше возникают другие вопросы: «Что за сила у меня, чтобы надеяться мне? И какой конец, чтобы длить жизнь мою?» (Иов 6:11) То есть, ради чего вообще продлевать жизнь мою, ради чего вообще быть здоровым и следить за состоянием тела? 

‍

Мы каялись, мы приходили к Богу с такими мыслями, что нет смысла в жизни, что если бы не Бог, то не дай Бог, как говорится. И мы все понимали, что жизнь наша нам не мила, не дорога, не нужна, и вообще причиняет нам сплошную боль. Вот этим путём шёл праведник Иов. И дальше, очевидно, он обращается к Творцу и говорит: «Отступи от меня», фактически «отстань от меня», «дни мои – суета». Его жизнь приобрела совсем другую ценность в результате трагедии.

‍

Один из троих его друзей, Вилдад, пытается его успокоить так, как зачастую успокаивают друзья. И, если коротко, он говорит: «Послушай, всё будет хорошо». И Иов отвечает: «Да я верю, что всё будет хорошо. Но как? Я не понимаю, каким образом всё станет хорошо». Он дословно говорит Вилдаду следующее:

‍

«Правда! знаю, что так; но как оправдается человек пред Богом? Если захочет вступить в прение с Ним, то не ответит Ему ни на одно из тысячи. Премудр сердцем и могущ силою; кто восставал против Него и оставался в покое?» (Иов 9:2-4)

‍

Иов задает ещё один важный вопрос, который люди задают только в результате каких-то потрясений и сильных страданий: Как вообще можно оправдаться перед Богом? Слово «прение» - это юридический термин, означающий судебные вопросы и ответы, обвинение и оправдание. Даже в таком состоянии Иов понимает, что, если он начнёт спорить с Богом, Бог начнёт задавать вопросы. И что он Ему тогда скажет? Иов понимает, что препираться с Богом бессмысленно. И раз оправдаться он не может, поспорить с Богом он не может, судиться с Богом он не может, то он думает: «Попрошу-ка я у Бога милости». «Хотя бы я и прав был, но не буду отвечать, а буду умолять Судию моего» (Иов 9:15). И дальше он задаёт еще более глубокий вопрос:

‍

«Если же я виновен, то для чего я напрасно томлюсь?» (Иов 9:29)

‍

Иов думает: «Раз Бог признал меня плохим, почему меня не убивает? Для чего продлевается моя жизнь в страданиях?» Из этих слов я делаю вывод, что Иов понимает, что у его страданий есть какой-то смысл, но какой, он просто пока не понимает.

‍

Посредник между  Богом и человеком

‍

Иов продолжает спорить сам с собой и говорит:

‍

«Хотя бы я омылся и снежною водою и совершенно очистил руки мои, то и тогда Ты погрузишь меня в грязь, и возгнушаются мною одежды мои. Ибо Он не человек, как я, чтоб я мог отвечать Ему и идти вместе с Ним на суд!» (Иов 9:30-32)

‍

Иов понимает, что у Бога и человека разная природа. Мы естественные, Бог сверхъестественный. Мы живём в этом мире, Бог живёт на Небесах. Мы человеки, Он Бог. Это просто неравные силы, судиться с Ним невозможно. И в следующем стихе он говорит:

‍

«Нет между нами посредника, который положил бы руку свою на обоих нас» (Иов 9:33).

‍

И тут он понимает, что, чтобы человек мог поговорить с Богом, а Бог мог поговорить с человеком, им нужен посредник. Возникает идея некоего посредника, который имеет двойственную природу. То есть, Иов, живя четыре тысячи лет назад, понимает, что без Мессии, без Бога, в Котором есть человеческая природа, без этого Посредника, такое общение невозможно.

‍

Как мы приходим к Богу?

‍

Потом он опять сокрушается и говорит:

‍

«Вот, Он убивает меня, но я буду надеяться; я желал бы только отстоять пути мои пред лицом Его! И это уже в оправдание мне, потому что лицемер не пойдёт пред лицо Его!» (Иов 13:15-16).

‍

Зачастую мы приходим к Богу по каким-то вопросам: «Дай мне то, дай мне это». Казалось бы, это какие-то нехорошие, неправильные отношения. Но Иов говорит, что человек неискренний к Богу даже не приходит с такими вещами. Наши отношения с Богом начинаются с нашей искренности, и того, что Бог признаёт, что мы не лицемеры, раз пришли что-то попросить. Наоборот, бывает, говоришь людям: «Иди, покайся, попроси у Бога прощения, тебе нужно примириться с Ним». А люди говорят: «А зачем мне мириться?» И ты удивляешься. Потому что в 36 главе написано, что лицемеры питают в сердце гнев и не взывают к Богу, когда Он заключает их в узы (см. Иов 36:13).

‍

Друзья, вот и появляется смысл. Бог заключает людей в узы, в тесноту, оказывает на них давление. Но лицемерные люди, вместо того, чтобы склонить голову перед Ним и попросить у Него помощи, защиты, прощения, они копят гнев. Они даже в тесноте не поднимают голову к Небу. Лицемеры занимаются накоплением зла, чтобы когда-нибудь попробовать обвинить Бога, но у них это не получится, мы то с вами знаем. И Иов знал, что так не получится.

‍

Заступник и Искупитель, Судья и Адвокат

‍

Иов мечтает о том, чтобы встретится с Богом и поговорить с Ним, но он просит Бога о двух вещах:

‍

«Удали от меня руку Твою, и ужас Твой пусть не потрясает меня» (Иов 13:21).

‍

Очень сложно разговаривать с тем, кто заведомо сильней тебя. Иов это понимает и говорит: «Господь, вот если бы Ты пришёл без Твоей силы, если бы Ты силой Своей руки не угрожал мне, если бы Твой страх Божий не пугал меня, то я бы с Тобой поговорил». Мы понимаем, что Иов – это не тот человек, которому не с кем поболтать. Иов жутко мучался. А когда человек мучается, он не будет говорить какую-то ерунду, чтобы просто язык почесать. В таком состоянии люди говорят вещи, которые дороже самой жизни. Поэтому страдания Иова как бы открывают Небеса. И он, смотря в этих жутких болях на Небо, говорит удивительную вещь:

‍

«И ныне, вот, на небесах Свидетель мой, и Заступник в вышних!» (Иов 16:19)

‍

У меня сразу возникает вопрос: Кого он увидел? Он понял, что на Небесах есть некий Заступник, Который хочет его спасти, то есть некто, чья функция - спасать. И, видя спасителя, Иов обращается к Нему как к Заступнику, и одновременно как к Богу: 

‍

«Заступись, поручись Сам за меня пред Собою!» (Иов 17:3).

‍

Иов говорит, что Бог представляет Личность, Которая судит, и одновременно может защищать. И судья, и адвокат. Он говорит: «И адвокат – это Ты, Бог, и судья – это Ты, Бог». И при этом это разные Личности, Которые могут друг другу что-то говорить, возражать, заступаться. На мой взгляд, Иов уже напрямую понимает, что на Небе должен быть Спаситель, Избавитель, Который при этом ещё и Бог. И он говорит удивительные слова, которые мы все знаем:

‍

«А я знаю, Искупитель мой жив, и Он в последний день восставит из праха распадающуюся кожу мою сию, и я во плоти моей узрю Бога. Я узрю Его сам; мои глаза, не глаза другого, увидят Его. Истаевает сердце моё в груди моей!» (Иов 19:25-27).

‍

Умаление могущества, договор и крест

‍

Если я правильно понимаю, то Иов должен сейчас встретиться с Господом Иешуа, с Иисусом Христом. «Но может ли такое быть в Ветхом Завете?» - спросите вы меня. Давайте посмотрим. В 23 главе он опять думает о Судье, размышляет о Боге, мечтает встретиться с Ним и говорит:

‍

«Неужели Он в полном могуществе стал бы состязаться со мною?» (Иов 23:6)

‍

Иов понимает, что если Бог предстанет перед ним в полном могуществе, он умрёт. Понимаете, о чём рассуждал Иов четыре тысячи лет назад? О том, что если Бог придёт, то Он должен быть не в полном могуществе, или, скорее всего, вообще без могущества, в сокращённом виде. Бог должен прийти с уменьшенной силой.

‍

«О, если бы кто выслушал меня! Вот моё желание, чтобы Вседержитель отвечал мне, и чтобы защитник мой составил запись» (Иов 31:35).

‍

Иов мечтает, чтобы у него был адвокат, и чтобы адвокат составил некую запись. На иврите это слово כָּתַב (катав). Однокоренное ему - слово «ктуба», обозначающее брачный договор. Его корень - «тав». «Тав» по-другому звучит как название последней буквы в алфавите иврита. Господь, когда говорит про Себя, говорит: «Я есть Алеф и Тав». Он не грек, Он не говорит: «Альфа и Омега». Он говорит: «Я есть Алеф и Тав, начало и конец, Первый и Последний» (см. Откровение 22:13). Буква «Тав», которая в современном иврите выглядит как ת, в древнем иврите писалась в виде крестика, как христианский крест. Вы можете сказать, что я притягиваю это за уши, о каком кресте там может идти речь? Но следующий стих говорит:

‍

«Я носил бы её на плечах моих и возлагал бы её, как венец» (Иов 31:36).

‍

Я отчётливо представляю себе, что Иов пророчески увидел Господа Иешуа, Который запечатал все обвинительные приговоры буквой «Тав», крестом, носит её на плечах и имеет на голове венец прощения.

‍

Он мой Бог и Сын благословенного Бога

‍

И тут на сцену, кроме трёх друзей Иова, появляется некто, о ком ранее ничего не сказано. Его считают четвертым другом Иова, но он нигде не позиционирует себя как их друг. Просто внезапно появляется человек по имени Елиуй, сын Варахиилов, и сказано, что «воспылал гнев его на Иова... [и] на трёх друзей его» (Иов 32:2-3). И у меня возникает вопрос: Кто это такой, этот Елиуй, сын Варахиилов?

‍

Давайте снова посмотрим на оригинал текста на иврите. Имя אֱלִיהוּא (Элиhу) переводится с иврита как «Он мой Бог», а его отчество (сын Варахиила) - בַּרַכְאֵל (барух-Эль) - благословенный Бог. То есть, его зовут «Он мой Бог и Сын благословенного Бога». Ничего себе! Перед нами открывается Божий Сын! Когда я это увидел, я подумал: «Господи, как я мог раньше этого не видеть?» Вы можете сомневаться в том, что я говорю, в том, что это был Иешуа. Но давайте посмотрим дальше, что он говорит:

‍

«Итак, слушай, Иов, речи мои и внимай всем словам моим. Вот, я открываю уста мои, язык мой говорит в гортани моей. Слова мои от искренности моего сердца, и уста мои произнесут знание чистое» (Иов 33:1-3).

‍

Друзья, кто из людей может сказать, что его слова - знания чистые, без примеси? Вам любой раввин скажет, что тот, кто больше трёх слов произнёс, уже согрешил. А этот человек говорит: «Все, что я говорю, - на 100%, без примеси, чистое знание». Также Он про себя говорит:

‍

«Дух Божий создал меня, и дыхание Вседержителя дало мне жизнь» (Иов 33:4).

‍

Я знаю только одного мужчину, который был сотворён внутри женщины Духом Божьим. И вы тоже знаете, Кто это. Как же я читал и не видел этого раньше?

‍

В чём же смысл страданий Иова?

‍

«Вот я, по желанию твоему, вместо Бога. Я образован также из брения; поэтому страх передо мною не может смутить тебя, и рука моя не будет тяжела для тебя» (Иов 33:6).

‍

Так вот, друзья, в чём, оказывается, была цель этих страданий! Господь, как пасту из тюбика, выдавил Иова через страдания навстречу его же Спасителю, Господу Иешуа Мессии. Он говорит: «Смотри, Я из материи, Я моложе тебя. Ужас Божий тебя не преследует. Ты можешь со Мной разговаривать, можешь взять Меня за руку, Я могу положить тебе руки на плечи. Смотри, тебе не страшно, разговаривай со Мной. Господь не хотел тебя мучить, Иов. Господь хочет твоего спасения. Это то, чего тебе не хватает».

‍

Иногда, и Новый Завет нам это подтверждает, кающийся грешник гораздо дороже, чем праведник, не имеющий нужды в покаянии. Господь не хотел, чтобы Иов умирал в собственной праведности. Господь хотел принять Иова на Небо к Себе, но иначе, как через встречу с Иешуа, попасть на Небо невозможно. А как человеку встретиться с Иешуа? Надо попросить об этом. И Иов, находясь в жестоких страданиях, понял сам, что ему необходима встреча с Богочеловеком, Который может положить руку и на Бога, и на него.

‍

И дальше мы видим, что из грома и бури разговаривает с Иовом Сам Господь Отец. И речь Бога с Небес является продолжением слов Елиуйя, «Сына благословенного Бога». И когда Бог разговаривает с Иовом и его друзьями, Он никоим образом не делает замечания Елиую, а только Иову и его друзьям, и говорит: «Иов, принеси жертву за твоих троих друзей». Не за четверых, а за троих! За четвертого не надо приносить жертву, ибо Он Сам является жертвой.

‍

И после этого мы видим, что история подходит к концу, потому что целью страданий была именно встреча с этой Личностью, Которую мы все с вами знаем. У Иова тоже была нужда встретиться с Богом лично. Через сокрушение, через боль, через страдания, но встретиться. Это дороже всех страданий, и дороже всех мучений.

‍

И когда эта встреча произошла, Бог отменяет все приговоры и возвращает всё утерянное Иову вдвое. Это то, что касается материальных вещей. А то, что касается детей, Он ему возвращает также семь мальчиков и три девочки. Я верю, что Бог такой же, как и мы, в понимании, что люди - это не вещь. Поэтому Он детей не даёт ему в два раза больше, а даёт тех же детей. Я верю, что это были те же самые семь мальчиков и три девочки. Бог уважает каждого человека и возвращает Иову временно утерянное. Временно, потому что всё это имело целью встречу с самим Иешуа. И мы понимаем из этого текста, что вход к Богу очень узкий, что самый праведный человек не может пройти к Богу, минуя личные отношение с Иешуа Мессией.

‍

Настоящее счастье

‍

Друзья, могу вам сказать, что мы с вами самые счастливые люди на земле. У нас есть ктуба (брачный договор), который по-другому называется Новый Завет (Брит Хадаша). Эта ктуба запечатана крестом, распятием нашего Искупителя, Который умер для того, чтобы мы могли войти к Богу на Небеса. И мы верим в Иешуа, Который придёт обратно на землю во плоти, и уже приходил к нам во плоти, как человек, для того, чтобы не напугать нас, но чтобы понимать нас, чтобы сочувствовать нам, и чтобы мы более спокойно могли с Ним пообщаться, поделиться с Ним нашими проблемами. Он хочет нас понимать, прощать, поддерживать, миловать, заботиться о нас, кормить нас, исцелять нас.

‍

Поэтому отложим всякие глупые мысли о том, что Бог Ветхого Завета злой, что Он какой-то садист, что Он всё время с кем-то воюет, кого-то убивает. Нет, настоящая цель Бога - это восстановление всего, восстановление Эдемского сада и нас в нём. Но вход туда лежит через крест Иешуа, через разговор с Ним, через личную встречу, что и произошло с каждым верующим в Господа Иешуа. С чем я вас, дорогие друзья, и поздравляю.

‍

Пусть ваше мнение о Боге сегодня изменится. Пускай уйдёт страх из-за того, что Он может вас за что-то наказать. «Ведь Он даже хорошего парня Иова так мучал, значит и меня может мучить!» Друзья, цель была одна - знакомство с Иешуа, а после знакомства с Иешуа это всё прекратилось. Поэтому не будем ожидать от Бога каких-то подлостей или мести, но будем спокойно жить, радоваться и служить Богу в правде, в чистоте сердца, в искренности и в желании ответить Ему на Его любовь всей нашей жизнью.

‍

Виктор Игнатенко, раввин

Источник: https://youtu.be/WMboKXlT-Qw